Разговоры со староверами: дом на краю мира

Деревня Тихонькая полностью оправдывает своё название: редко понатыканные приземистые избушки, окруженные горами и лесом. Редкие прохожие на вопрос «Как найти Матрену Серапионовну Артобалевскую», отправляют на самый край села. На самом отшибе Тихонькой стоит белёная изба, во дворе хлопочет старушка. Мы здороваемся, лопочем что-то про «мы журналисты, нам бы про старообрядцев послушать». Старушка хитро прищуривается, поглядывает оценивающе и отвечает:

- Сейчас табун свой покормлю, и поговорим.




Всего табуна у Матрены Серапионовны пара курочек, петушок да пёстрая кошка. Есть ещё конь — так Матрёна называет клюку. Старушка медленно шаркает к дому - мы послушно идем за ней. Тетя Мотя не требует документов и даже не просит представиться — просто пододвигает пару стульев и садится на кровать. Разговор начинается сам-собой:

- И как это вы меня нашли? У меня дом вон как далеко... Меня когда спрашивают, где живу, я отвечаю: на краю мира. Вот мой дом, а за домом канава. В ту канаву загляните, а там хвост торчит... Что за хвост? Так той черепахи, на которой мир держится... Не сразу мы тут поселились. Раньше в Большом Околе жили — туда ещё мой прадед, старообрядец-кержак пришел давным-давно откуда-то с Урала. От щепоти бежали, от гонений за веру, на самый край света забрались. Тут от власти далеко, земли много — работай вволю.

И работали — с малых ногтей и до самой старости. Можешь хворостину держать — иди коров пасти, научился с коня не падать — за лошадями приглядывай. Во всем полагались только на себя, да на родных. «Даровоту» считали грехом, сродни лени или обжорству. Тётя Мотя вспоминает, как в детстве нашла на улице тряпки, которые выкину портниха. Нашла и принесла домой — кукол делать. Так мать заставила её эти тряпки не просто выкинуть, а отнести портнихе и отдать прямо в руки. «Даровое, оно сквозь пальцы уходит». Для них и пенсия — дармовщина. Непонятные деньги, которые приносят каждый месяц не пойми за что. Ещё лет десять назад большинство староверов от пенсии отказывалось.



- Вот так и жили — богатства никогда не было, но уж штаны-то всегда свои носили. Работали да молились. Бабушка у меня была, никогда я не видела, чтобы она книги читала. Должно быть, неграмотна была, всё по лестовке молилась. Раньше-то лестовки сами шили, а теперь покупают. У меня вот осталась самоделишна.

Матрёна Серапионовна показывает тряпичные бусы. Внутри треугольного медальона зашита молитва, вместо бусин — матерчатые складки. По плотности вложенного смысла лестовка оставляет далеко позади привычные четки с бусинами. Каждый изгиб-передвижка — молитва. Все вместе — лестница от земли до Неба. Лестовка Матрёны Серапионовны черная от времени и бесчисленных прикосновений старческих пальцев.

- А можно ее сфотографировать?
- Ну вообще-то нежелательно. Фотоаппарат - инструмент не от бога. Ну да ладно - сфотографируй. Чтобы хоть кто-то знал, что это такое...



Лестовка лежит на потрепанной книге. Деревянная обложка, обтянутая почерневшей кожей, пожелтевшие страницы исписаны молитвами на старорусском — буковка к буковке, с завитками и вензелями. Разглядывать интересно, прочитать почти невозможно.

- Сколько рук ее уже передержали - не сосчитать. Книге лет-то немного. Ее когда выпускали-то... Когда царствовал дед Петра Великого... - Не понятно, шутит тётя Мотя или говорит серьёзно, - А где другие-то взять? У меня в прошлом году внук умер, приходили хоронить. Так тетка Федосья на мои иконы посмотрела - отказалась на них молиться, даже в избу входить отказалась. Ну и не входи. А где я сейчас икону найду? Люди же тогда писали, и сейчас люди пишут. Мы их покупаем - не воруем.

Современные книги у Матрёны Серапионовны тоже есть. И вроде бы буквы такие же, и написано то же, и переплетена хорошо. Но всё равно что-то с ней не так — на признают алтайские кержаки такие книги, и бережно хранят клочки бумаги с рукописными страницами. В шкафу у тети Моти лежит полуистлевший листок с молитвой. Молитва написано поверх какого-то бланка. Текст бланка — на дореволюционном русском. «Тятя писал... Он ещё маленько разбирался, я уже не разбираюсь», говорит старушка. В том же шкафу — распадающаяся на странички книга. По виду — того же времени «царствования деда Петра Великого», а то и старше.



- Хорошо хоть так сохранилась. Во время революции их прятали, в землю закапывали. А то и вовсе сжигали... Шибко нас совецка власть не любила...

Революцию восьмидесяти однолетняя Матрена Серапионовна не застала — помнит только по рассказам отца, как приходили и грабили: белые просто так, красные — именем революции. А вот репрессии тридцатых засели в памяти тети Моти крепко. Засели списками ссыльных и репрессированных: дед Осип, 78 лет - расстрелян как враг народа, Татьяна Дорофеевна, 69 лет - расстреляна как враг народа. Официальная причина - антисоветская пропаганда под видом молитв. Других «попрятали» на Колыму, в Нарым, в Соликамск:

- Деду Тиме 10 лет дали, матери его пять лет, Капе, сестренке его - восемь. Ей-то и восемнадцати не было, по что под суд? Ночью приходили, людей забирали, как воришки. Никому не дай бог пережить то, что мы пережили, даже врагу не пожелаю. А всё равно веру свою не бросали. Прятались, хитрили, а сберегли веру. Бывает, букварь читам, а книга добра под партой лежит. Нет никого посторонних - учимся по божественным книгам. А как смотрят, у всех буквари на партах. Или вот как было, ещё когда в Верхнем Околе жили. Там домик был не бог весть какой, в подполе картошка-маркошка. А подвал высокий был - мужчина в рост мог стоять. И вот как-то по весне мама говорит - помой подвал, промети. И той же ночью все стариковцы к нам пришли молиться. Без свету, при свечах молились, пели-то как...



Со временем советская власть ослабила хватку, а Брежнев и вовсе «ослабонил». Но только в девяностые произошло то, о чем староверы мечтали с семнадцатого века: власть о них просто забыла. Не совсем — пенсию приносят, перед выборами агитируют — но отказаться от старообрядчества в наши дни уже никто не требует:

- Вот мне 81 год, а такого времени еще не видела. Чего не жить? Живи да радуйся. А что мало платят, так и работаем-то так же, спехня рукава. Все есть, деньги есть - пойди да купи что надо. Мои родственники возмущаются: вот, говорят, выборы будут, так опять не тех выберут. Я бы могла, так всех бы их лбами переколотила. Не видели они тяжелой жизни.

И современная простая власть, и суровая советская идеально вписываются в простую картину мира Матрены Серапионовны: всякая власть от Бога, она в испытание дана. В мире тёти Моти вообще все на удивление логично. Обмелела Катунь — прямо как в Писании сказано: «Ищите сейчас злато-серебро, а потом будете воду искать и будете давать за воду злато-серебро, но не найдете воду». И то, что грабители, которые крали у старушки старообрядческие иконы непременно умирали молодыми. «Может быть и совпадение, но не может же постоянно так совпадать?» - пожимает плечами старушка.



- Одного я не могу понять — почему все рвутся сюда Беловодье искать. Рерих этот, то ли Константин, то ли Константиныч тоже рвался. Его мой тятя водил на Черную речку и в урочище Кызылта. Чего уж он там нашел, я не знаю, но я тут никакого Беловодья или Красноводья в жизни не видела. Я как-то у тяти спросила, искал он Беловодье. Он ответил, что были еще до революции такие, кто ходил — на Енисей ходили, на Рахмановские ключи. А где они, эти ключи? А сам тятя и не собирался ничего искать. Здесь родился, здесь и пригодился.

Булат Окуджава

Булат Окуджава

Блог3 года назад
А ведь Булат Шалвович просил... Нет, не просил, конечно. Он пел в форме нежного повеления о то...
Тонкие струны Байкала или 400 км на коньках! Часть 1: Бугульдейка-Ольтрек

Тонкие струны Байкала или 400 км на коньках! Часть 1: Бугульдейка-Ольтрек

Блог1 год назад
Всё началось с мечты. Мечты увидеть чистейший лёд Байкала, прикоснуться к святыне Сибири, почувствов...
Три истории о Кологривском Крае. История Третья. Сплав по реке Унжа.

Три истории о Кологривском Крае. История Третья. Сплав по реке Унжа.

Блог4 года назад
Вот и подходит к концу мой небольшой цикл заметок о Кологривском крае. Но без рассказа о реке Унжа н...
Я | ФОТОГРАФ. Светлана Казина

Я | ФОТОГРАФ. Светлана Казина

Блог4 года назад
Величественная красота природы Горного Алтая в кадрах Светланы Казиной. Нравятся ли вам фото? Подели...
Большой маленький мир Карелии

Большой маленький мир Карелии

Блог4 года назад
В Карелии можно бесконечно смотреть на камни и сосны, на небо и озёра. Но не стоит забывать посматри...
ДУХ ПРИКЛЮЧЕНИЙ с Nikon

ДУХ ПРИКЛЮЧЕНИЙ с Nikon

Блог4 года назад
Сегодня мы покажем вам потрясающие фото Даниила Коржонова, сделанные им в национальном парке Таганай...
Правила жизни. Ляля Гарбуз.

Правила жизни. Ляля Гарбуз.

Блог4 года назад
Правила жизни. Ляля Гарбуз.Друзья, мы рады представить вашему вниманию правила жизни амбассадора Nik...
Кенозеро

Кенозеро

Блог1 год назад
Июнь. Разноцветье трав ковром покрыло землю русского Севера. Где-то в священной роще у деревянной ча...
Самапятая: открытие рыболовного сезона

Самапятая: открытие рыболовного сезона

Блог4 года назад
До позавчерашнего дня я думал, что Самапятая будет дожидаться, когда лосось зайдет на нерест в Камба...
Медвежий сезон завершен. Я дома.

Медвежий сезон завершен. Я дома.

Блог4 года назад
Девять часов на самолете от уже заснеженной Камчатки до Москвы и семь часов на машине от аэропорта Ш...
Вот он, суперхищник!

Вот он, суперхищник!

Блог4 года назад
Уже полностью перелинял и вступил в сезон рёва...
Командировка в Афган. Девять граммов в сердце?..

Командировка в Афган. Девять граммов в сердце?..

Блог2 года назад
В годы моей активной жизни в журналистике друзья часто спрашивали: - И не страшно тебе мотаться по...
Горцы. Лида и Майрам

Горцы. Лида и Майрам

Блог4 года назад
северная осетия, даргавсское ущелье. высота 1200. по обочинам - заснеженные горы и покрытая изморозь...
Сокровища осеннего леса

Сокровища осеннего леса

Блог4 года назад
На дворе золотая осень, и лес манит разноцветием красок. И пока солнце не скрылось за тучами, а мелк...
Я | ФОТОГРАФ. Ксения Соварцева

Я | ФОТОГРАФ. Ксения Соварцева

Блог4 года назад
Ксения Соварцева снимает дикую природу во всем ее многообразии. Она ищет необычные сюжеты для обычны...
Разговоры со староверами: дом на краю мира
Антон Агарков

Комментарии

Отправить