Дени Дайе и Египет

«Я никогда не видел ничего более прекрасного, чем берега Нила между Луксором и Асуаном» – говорит французский фотограф Дени Дайе. Последние 30 лет он с ненасытным увлечением документировал Египет, запечатлевая его уникальную сущность, с любовью, нежностью и глубоким уважением.

Хелен Левитт и Нью-Йорк; Уильям Эгглстон и американский Юг; Роберт Дуано и Париж - есть некоторые фотографы, чьи имена навсегда станут синонимами определенного места. Так обстоит дело с Дени Дайе и Египтом. Дайе начал фотографировать в двадцать с небольшим лет, снимая пожилых жителей своей деревни Шанзо, пытаясь передать историю своего сельского воспитания.

Он отмечает работы Ричарда Аведона, Ирвин Пенн и Дианы Арбус, как вдохновителей его фотографического подхода. К ним он также добавляет виртуозных режиссеров и сценаристов итальянского кино 1980-х годов: Бертолуччи, Пазолини, Этторе Скола и Феллини Висконти - художников, которые по утверждению Дайе «нарисовали фреску итальянского общества». Позднее знакомство с египетской культурой вызвало у него тот же «эстетический шок», который он испытал, впервые открыв для себя их работы.

Первое знакомство Дайе с Египтом началось в 1992 году, когда он отправился в Каир к своей возлюбленной-египтянке, с которой познакомился в Париже годом ранее. Тогда, в возрасте 34 лет, он впервые покинул Европу и сразу же влюбился в новую для себя страну, очарованный ее притягательной красотой, теплотой и великодушием египетского народа. Это положило начало долгим и прочным отношениям между Дайе и страной, которая позже станет его домом; отношениям, которые приведут к созданию поистине замечательных работ.

«У меня была возможность открыть для себя Египет, не поглощённый глобализацией, где взаимоотношения между людьми, как правило, были простыми и где, несмотря на то, что я иностранец, меня приняли тепло и радушно» - говорит фотограф.

Равносторонние изображения Дайе (снятые с помощью среднеформатной камеры) охватывают отдельные портреты; шумные базары и кафе; пустые гостиничные номера и дома; тонкие этнографические детали (украшенные руки; теистические портреты на стенах), образующие вместе визуальную поэму, которая красноречиво передает всё богатство египетской жизни.

Его поистине поразительное внимание к форме, свету и цвету, придаёт изображениям живописное качество, которое порой напоминает работы мастеров эпохи Возрождения, точно также впечатляет его способность тонко чувствовать атмосферу, которая очаровывает зрителя и погружает в сцену.

В своём деликатном и чутком подходе, Дайе стремиться показать свою глубокую привязанность к стране и ее людям, которых он описывает такими эпитетами, как «радостный, жизнерадостный, забавный, эксцентричный, дурашливый и глубоко меланхоличный». Все эти черты он блестяще передает на своих фотографиях. Его собственный фаворит изображает подростка, задумчиво смотрящего в пространство, на фоне реки Нил. Поразительный образ, который для Дайе напоминает собственное детство, иллюстрируя, насколько знаковые фотографии часто бывают рефлексивны.

В 2012 году, через год после того, как страну потрясла революция, Дайе отдал дань уважения тем, кто не пожалел своей жизни, сражаясь за лучший Египет. Фотограф сделал серию портретов, изображающих родителей жертв и улицы, на которых находились их дома. Напоминание о том, что виновные не были привлечены к ответственности, и борьба за более свободное и справедливое общество еще не выиграна.

Прибыв в Египит тридцать лет назад, фотограф в последствии вернулся на свою родину и сейчас проживает во Франции. Воспоминания о Египте Дайе сохранил в своих замечательных образах и по-прежнему испытывает глубокую любовь к его людям, несмотря на то, что в этой стране теперь многое изменилось.